Насквозь пропахший ганжей космос. Часть 1



Робби сидел в кресле пилота космолета и вглядывался в звезду прямо по курсу. Ну как сидел... Маршевые двигатели работали, а поэтому сила тяжести была направлена перпендикулярно спинке кресла: с точки зрения Робби кресло было установлено на стене, а он лежал в нем на спине и смотрел вверх. 

 

Прямо перед креслом были установлены три полупрозрачных монитора, на которые выводилась информация о системах корабля и видео с бортовых камер. А под ними располагалась панель управления кораблем с множеством кнопок и индикаторов. И мониторы, и панель, и кресло составляли единую систему, способную поворачиваться в любом направлении для удобства пилота. 

 

Внезапно, в кабине раздался писк бортовой электроники и на левом мониторе появился таймер с обратным отсчетом. "Внимание! Десять секунд до остановки маршевого двигателя! Всем приготовиться к невесомости!", - произнес женский голос из динамиков. Таймер досчитал до нуля и Робби вдруг почувствовал необычайную легкость в теле. Ремни кресла натянулись под действием инерции и он ощутил, как невидимая сила пытается поднять его вверх. Впрочем, за годы пилотирования он к этому давно уже привык. Робби нажал несколько кнопок на панели и кресло повернулось на 90 градусов вправо, после чего он ввел еще несколько команд. "Всем приготовиться к маневрированию!", - произнес знакомый голос и Роб снова почувствовал, что лежит на спине, а его тело вновь имеет вес, пусть и не такой большой, как при работе маршевых двигателей. Это продолжалось десять секунд, после чего вновь наступила невесомость, а кресло пилота развернулось в противоположную сторону. И снова десять секунд гравитации, а затем снова невесомость. "Маневрирование завершено!", - наконец произнес женский голос. Робби вернул кресло в обычное положение и нажал еще несколько кнопок на панели управления. 

 


"Включение маршевых двигателей через десять секунд!", - произнес бортовой компьютер женским голосом, а затем гравитация вернулась в норму. "Прибытие на станцию "Красная Звезда" через два часа", - прозвучало из динамиков.

  

Робби развернул кресло лицевой стороной в пол, отстегнул ремни, вылез из него и ухватился руками за лестницу, которая с его точки зрения была в стене рядом с креслом, а на деле в полу космического корабля. Затем он спустился по лестнице из кабины пилота в остек, где уже была нормальная ориентация предметов интерьера. 

  

Станция "Красная Звезда" была одной из немногих станций, где марихуана все еще была под запретом, а значит нужно было замаскировать бортовой гроубокс и спрятать весь запрещенный груз перед неминуемым обыском после стыковки. "И почему Кашыч решил поселиться именно в таком месте? Сраный экстримал!", - подумал Робби. - "Надо будет обязательно спросить его, когда увидимся". С этими мыслями Роб отправился заметать следы своей нелегальной в некоторых местах деятельности... 

***

- Ну вот и все, - удовлетворенно произнес Робби, пряча последний пакет с шишками среди электронных компонентов пульта управления реактором, - Конечно, вряд ли они вообще будут меня обыскивать, но так будет спокойнее. Мало ли что... 

  

По межпланетным законам Солнечной Системы никто не имел права досматривать содержимое космических судов - корабль считался территорией того государства, в котором он был зарегистрирован, а поэтому любое вторжение на борт считалось вторжением на территорию этого государства. Со всеми вытекающими из этого последствиями. Однако, Робби также прекрасно знал, что для этого государство сперва должно узнать о нарушении, а это в космосе происходит очень не быстро и далеко не всегда. Да и никто же не гарантировал, что государство вообще вступится за него. Хотя, конечно, вернее сказать, что все таки гарантировал, ведь это было прямо прописано в Конституции станции "Сингулярность", гражданином которой был Робби. Однако как это обычно бывает: представители станций встретятся, чтобы уладить скандал, простят друг другу какие-то прошлые нарушения, а заодно еще и подпишут выгодное торговое соглашение. А затем, довольный дипломат вернется домой и сообщит, что он изо всех сил пытался вытянуть нашего героя из плена, однако эти злые коммунисты с "Красной Звезды" наотрез отказались его отдавать, но зато они продали большую партию воды по очень выгодной цене. Благо, что "Красная Звезда" находилась за орбитой Нептуна и была обеспечена практически неограниченными запасами дешевого льда из пояса Койпера. 

  

Так что Робби не имел никакого желания лишний раз рисковать и надеяться на волю этих политических импотентов с "Сингулярности". А потому лучше все спрятать от греха подольше... 

  

Закончив прятать пакеты, он аккуратно установил обратно панель пульта и прикрутил ее винтами. "Будем надеяться, что здесь они искать не станут", - пронеслось в голове у Робби. 

  

Гроубокс находился в двигательном отсеке корабля, поэтому по поводу него можно было бы не беспокоиться: инфракрасные сканеры станции будут ослеплены тепловым излучением двигателя, по сравнению с которым излучение гроубокса было подобно свету спички на фоне диска Солнца. Единственное, что вызывало беспокойство, это воздух... 

  

Проблема в том, что атмосфера космического корабля практически не изменяется. Воздух внутри всего лишь движется по кругу: из него удаляются излишки углекислого газа и влаги, а затем он насыщается кислородом и подается обратно в атмосферу. При этом все запахи, которые были в воздухе, никуда из него не девались. Нет, разумеется, на корабле стояли фильтры, призванные очищать атмосферу от примесей, однако, всем ведь известно, что никакой фильтр не работает на 100% идеально. Поэтому месяц за месяцем неудаленные примеси накапливались, превращаясь из легкого цветочного аромата в яркий конопляный штын. Который учуял бы любой инспектор, решивший снять шлем скафандра на борту корабля. 

  

А значит иного выхода не было, нужно было выбросить весь воздух в космос... 

  

Робби неторопливо добрался до ближайшего шлюзового отсека и не спеша надел скафандр. Затем он активировал магнитные ботинки, чтобы ненароком не отправиться в путешествие по необъятным просторам Вселенной вместе с выброшенным наружу воздухом. 

  

"Отключить систему жизнеобеспечения," - скомандовал он бортовому компьютеру, используя нейроимплант в своей голове. Пилот посмотрел на ближайшую вентиляционную решетку - прикрепленные к ней ленточки еще несколько секунд развевались в потоках воздуха, а затем неподвижно повисли на решетке. 

  

"Открыть все двери и шлюзы," - передал он вторую команду, ощущая нарастающее чувство беспокойства - сигнал от импланта, что сейчас будет выполнена опасная для жизни экипажа операция. 

  

Робби подтвердил выполнение команды и створки шлюза медленно поползли вверх под свист и завывания ураганного ветра, вырывающегося из замкнутого пространства корабля в безграничные объемы космоса. 

  

Прошло меньше минуты и ураган прекратился, свидетельствуя о том, что в каютах корабля воцарился вакуум. 

  

"Загерметизировать все шлюзы и активировать систему жизнеобеспечения," - скомандовал Робби и направился в кабину пилота. Больше ничего не мешало ему состыковаться со станцией и ступить на ее борт... 

***

Шлюзовой диспетчер «Красной Звезды» лениво сидел в кресле и смотрел в иллюминатор на центральную часть станции, где были расположены стыковочные узлы. Улыбка медленно расползалась по его лицу, а ганжубас растекался по венам, наполняя каждую клеточку тела теплом и радостью. 

Он медленно перевел свой взгляд на экран радара, а затем на табличку со своим именем на рабочем столе. «Виталик М.,» - гласила табличка и этот факт заставил диспетчера улыбаться еще сильнее. 

Дело в том, что «Виталик» это была его фамилия. А имя «Михаил». Однако Михаилом Виталика редко кто называл. Поначалу это его слегка раздражало, но потом как-то притерпелся и это даже стало его забавлять. А затем это стало его забавлять так сильно, что сына он тоже решил назвать Виталиком. Вот так и жили на этой станции два Виталика: Виталик Михаил Олегович и Виталик Виталик Михайлович. 

От этой мысли диспетчер громко захохотал. 

- Ты чего такой веселый сегодня, - нервно произнес его напарник. 

- Да так, сон интересный видел сегодня, - нехотя ответил Виталик, - Как будто живу я не на «Красной Звезде», а на Земле и занимаюсь фермерством. Ну там растения всякие выращиваю, селекция-хелекция и все такое. А потом, прикинь, приходит ко мне участковый и говорит, мол, ты по што, Ирод, сто пятнадцать кустов укропа вырастил, который не прет. У всех соседей, значит, прет, а у тебя нет. Соседи на тебя коллективную жалобу написали, что позоришь честь района, укроп непрущий выращиваешь. Нехорошо это, пошли в участок… 

- А дальше что? - заинтересовано спросил второй диспетчер. 

- А хуй его знает, потом я проснулся. Но ты прикинь, приснится же такая херь, нарочно и не придумаешь. 

- Я тебе вот что скажу, Виталя, - разочаровано ответил напарник, - Тебе бы к доктору сходить, микстурки всякие попринимать, электричество сквозь мозг пропустить. Вольт так триста… А лучше все шестьсот. Авось тогда и не будет тебе всякая чушь сниться. Хотя, если честно, в твоем случае, скорее всего, медицина уже бессильна. Только живительная эвтаназия может тебе помочь, Виталик, задумайся об этом варианте… 

Виталик захохотал еще громче. 

- Та ты просто завидуешь, - парировал он, - небось опять набухался вчера вечером и потому ночью снов никаких не видел. А сейчас у тебя башка болит, вот ты и ходишь с самого утра угрюмый такой. 

- Ничего она не болит, - проворчал второй диспетчер и потер лоб. Голова у него действительно адски болела. 

Однако радовался Виталик М. вовсе не потому что ему приснился интересный сон. А потому что полгода назад пришла в его голову гениальная идея. Взял наш герой старый скафандр, установил туда несколько ламп и портативную ядерную батарею, частично переделал систему терморегуляции под систему полива, выбросил в открытый космос и оттащил это добро на пару сотен километров от станции с помощью дрона. И теперь станция вращалась вокруг Солнца не в одиночку, а в компании крошечного компаньона — Сепаратиста Васи, как назвал его Виталик. 

Закон запрещал выращивать ганжубас на борту станции, а на выращивание за пределами властям было плевать. 

Ну а дальше уже было дело за малым: дождаться когда посаженные в скафандр семена прорастут и дадут свои плоды. Вернее сказать, цветы. 

И неделю назад, наконец, этот день настал. Растения отцвели и Виталик вернул Сепаратиста Васю домой. 

- Шо, Вася, кончился твой сепаратизм? - произнес Виталик, втащив скафандр через один из технических шлюзов, которым на станции пользовались редко. - Добро пожаловать домой. Ты, Вася, не обессудь, у нас тут на станции коммунизм, сам понимаешь, каждому по потребности, от каждого по способности. И так уж, Вася, сложилось, что у меня есть потребность в ганжубасе, а у тебя есть способность его выращивать. 

После этих слов диспетчер громко захохотал и потащил скафандр в свою каюту. 

А сегодня утром все досушилось и Виталик смог оценить результат васиных трудов. И результатом он остался более чем доволен. 

Его размышления прервал входящий вызов от прибывающего на станцию корабля. 

- «Красная Звезда», вызывает борт «Грациозная Креведка». Запрашиваю разрешение на стыковку, - донеслось из наушников. 

- «Грациозная Креведка», «Красная Звезда» на связи. Стыковку разрешаю. Проследуйте к стыковочному узлу №2, - ответил Виталик. 

- «Грациозная Креведка». Узел №2, - повторил пилот и связь завершилась.

Be the first to comment

Related Articles

Latest Articles

Most Popular